В областной центр продолжают прибывать вынужденные переселенцы из курского приграничья. Гражданам оказывается вся необходимая помощь, в том числе с расселением в ПВР, организацией питания и налаживания прочих бытовых удобств, в свете ими пережитого. Однако, за положительными сторонами, беженцы отмечают и моменты явной дезорганизации при срочном отъезде из обжитых мест подальше от опасности. Подробности далее.
В Курске вынужденные переселенцы отмечают огрехи эвакуации из приграничья
В областной центр продолжают прибывать вынужденные переселенцы из курского приграничья. Гражданам оказывается вся необходимая помощь, в том числе с расселением в ПВР, организацией питания и налаживания прочих бытовых удобств, в свете ими пережитого. Однако, за положительными сторонами, беженцы отмечают и моменты явной дезорганизации при срочном отъезде из обжитых мест подальше от опасности. Подробности далее.
Пункты временного размещения для жителей Рыльского, Суджанского, Большесолдатского, Глушковского, и других сопредельных с Украиной муниципалитетов открывают, как в самом областном центре, так и в безопасных районах региона. Не считая переселенцев в другие субъекты Федерации. Пункты открываются, в том числе, и на базе студенческих общежитий. Кров, одежда, гигиенические принадлежности, питание. Всем этим, руководство ПВР старается обеспечить нуждающихся в необходимых объёмах. Часто, даже сотрудники учреждений, на базе которых, организуется временное жильё для пострадавших курян, проявляя огромное добродушие и милосердие, приносят из дома продукты и прочую «гуманитарку». И глядя, на такое к ним отношение, как им идут на встречу, вынужденные переселенцы сами обращаются к руководству ПВР с просьбой помочь в каких-то организационных, хозяйственных моментах. Примечательно, что особенно инициативными оказываются даже пожилые пенсионеры.
Нелли Пашкова, врио директора ПВР
«Они спрашивают, чем помочь, и они отозвались, они помогли на территории. Они видят, что мы не успеваем убрать, берут метелки, со мной иду, помогают. Они начали помогать, убирать посуду на кухне, потому что видят, что не хватает рук. Они говорят: «Мы Вам поможем, Нелли Николаевна, мы не бросим, мы сплотимся, тяпки выносите, грабли». Вот я уже выношу, они говорят: «Мы сейчас начнем помогать». Куда себя деть, потому что люди привыкли работать?»
На базе ПВР открыли свои экстренные мини-филиалы представители МФЦ, Сбербанка, Пенсионного фонда. Так как многие беженцы из документов при себе имели лишь паспорта, и требовалась помощь в восстановлении бумаг, справок, банковских карт.
Светлана Шаповалова, вынужденный переселенец
«Ну, я в чем были дети, они у меня по дому бегали в одних трусиках и футболках, в машину кинули и уехали. За родителями, за мужем. Мы убегали у меня и свиньи остались... Всё бросили. Свиней оставила, гусей оставила, курей, уток, всё бросили...»
Лариса Немцева, вынужденный переселенец
«Лариса, говорят: «Собирай вещи необходимые, даже без вещей, просто документы возьми на детей все, бери детей и убегай!» Говорю: «В чем проблема? Зашли, говорят, хохлы в Дарьино». А Дарьино, оно вообще у меня «в огородах». Вот я вышла в огород, я вижу это Дарьино. Всё, у меня истерика. Муж подъезжает, хватаем документы, и всё на том. Мы голые, босые, с документами прыгаем в машину с четырьмя детьми и выезжаем»
К сожалению, среди многих вынужденных переселенцев отмечаются не очень положительные стороны организации властями приграничных муниципалитетов экстренной эвакуации граждан.
Елена Снеговая, вынужденный переселенец
«Мы оставили все свои дома, всё нажитое, что дальше будет – неизвестно. И очень большой вопрос к нашей администрации города, потому что эвакуации не было совершенно никакой. Нам всё время говорили, что граница защищена, всё хорошо, вы не волнуйтесь, всё в порядке. Ну, мы как обычно, сидели дома, и думаем, ну бахнуло, мы уже как бы привыкли к этому, а тут вот так получилось, и уезжали все кто как может»
Впрочем, почти все переселенцы рады тому, что в первую очередь, остались живы. И желают лишь мирного неба, а полученный, по их мнению, печальный опыт, в том числе, в действиях властей, больше никогда не пригодился.